Москва начала избирательное шоу на оккупированных территориях Украины

Россия начала на временно оккупированных территориях Украины незаконную избирательную кампанию, пытаясь представить захваченные районы как часть собственной политической системы. Речь идет не только о проведении голосования в Государственную думу. Москва создает вокруг него целую информационную конструкцию: открывает участки, распространяет агитационные материалы, организует праздничные мероприятия и снимает пропагандистские сюжеты о якобы массовом участии населения.

Но все эти действия происходят на территории, которая остается частью Украины.

Российская оккупация не дает Кремлю права проводить там собственные выборы, формировать органы власти или включать украинских граждан в российский политический процесс. Поэтому и сама кампания, и последующее голосование не имеют законных оснований.

Кремль начал кампанию там, где не имеет права ее проводить

18 сентября в России стартовало трехдневное голосование на выборах в Государственную думу. Одновременно российские власти распространили этот процесс на временно оккупированные районы Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей.

Таким образом, Москва фактически перенесла собственную избирательную кампанию на украинскую территорию.

Для Кремля это не технический эпизод. Россия пытается показать, что ее государственные институты якобы функционируют на захваченных территориях наравне с российскими регионами.

Но российская избирательная система не может законно действовать на территории другого государства без его согласия. Тем более когда эта территория находится под военным контролем государства-агрессора.

Пропаганда готовит нужную картинку

Российские государственные и подконтрольные власти ресурсы практически сразу начали распространять кадры с избирательных участков. В сюжетах демонстрируют очереди, людей с бюллетенями, членов комиссий и российскую символику.

Задача такой кампании очевидна: создать визуальное доказательство якобы добровольной поддержки России.

Однако телевизионный репортаж не способен подтвердить ни реальную явку, ни политические взгляды жителей. В условиях оккупации особенно невозможно автоматически воспринимать присутствие человека на участке как свободное выражение его политической позиции.

Кремлю же нужна именно такая интерпретация.

Оккупантам нужны не только бюллетени, но и декорации

Российские организаторы пытаются превратить голосование в публичное мероприятие.

В Геническе одну из площадок стилизовали под 1960-е годы. Там звучат советские песни, работает буфет с лимонадом «Дюшес». Вместо изображения войны и последствий оккупации зрителю предлагают ностальгическую декорацию, напоминающую о советском прошлом.

Это часть более широкой пропагандистской схемы.

Если российские медиа покажут не разрушенные города и последствия войны, а музыку, праздничное оформление и людей возле участков, у аудитории должно возникнуть ощущение, будто на оккупированной территории идет обычная политическая жизнь.

Даже прифронтовые территории превращают в декорацию

Российская кампания распространяется и на районы, расположенные недалеко от линии фронта.

Сам факт организации там избирательных мероприятий используется Москвой для демонстрации якобы устойчивого контроля над территорией. При этом реальная обстановка — боевые действия, обстрелы и угрозы для гражданского населения — остается за пределами пропагандистского кадра.

Получается своеобразная подмена: вместо реальности войны российская аудитория получает картинку функционирующего государства.

Но наличие российской комиссии в украинском городе не превращает этот город в российский.

Москва пытается оформить оккупацию бюллетенем

Главная проблема для Кремля заключается в том, что военный контроль необходимо постоянно сопровождать политической и информационной имитацией.

Поэтому после оккупации Россия последовательно внедряет собственные административные механизмы, законодательство, паспортизацию и теперь избирательные процедуры.

Логика проста: если на территории проходят российские выборы, значит, ее пытаются представить как часть российского политического пространства.

Однако бюллетень не способен изменить государственную принадлежность территории.

Ни российский указ, ни решение Центральной избирательной комиссии РФ, ни объявленные Москвой результаты не дают России законного права на украинские земли.

Незаконная кампания не создает законного результата

Украина не признает российские выборы на временно оккупированных территориях. Украинские органы власти неоднократно подчеркивали, что Москва использует собственные избирательные процедуры как инструмент попытки легализации оккупации.

Именно поэтому принципиально важно разделять два понятия: Россия может физически организовать голосование, но не может юридически изменить принадлежность украинской территории.

Это касается и самой кампании, и голосования, и любых объявленных по его итогам результатов.

Российская власть может контролировать участок с помощью оккупационной администрации, может распространять агитацию и показывать людей перед камерами. Но все это остается действиями государства-оккупанта на территории Украины.

Кремль пытается сделать незаконное привычным

В конечном счете нынешняя кампания рассчитана не только на подсчет голосов.

Москва стремится добиться другого эффекта — привыкания к российскому присутствию на украинской территории.

Когда зритель регулярно видит российские флаги, российские учреждения, российские выборы и российскую агитацию, пропаганда пытается стереть сам факт того, что речь идет об оккупированной части Украины.

Именно поэтому российская кампания имеет столь большое информационное значение для Кремля.

Но никакая телевизионная постановка не меняет реальности: оккупированные территории являются украинскими, а российская избирательная кампания, развернутая там без согласия Украины, является незаконной.

Москва может проводить собственные процедуры на захваченной территории, но не может превратить их в законный механизм присвоения украинских земель.